Четвёртый принц Ши Донг был из побочной императорской ветви и едва ли мог когда-нибудь рассчитывать на престол, но куда более весомым препятствием на пути к этой цели, если бы он себе её ставил — был шрам, пересекающий левый глаз. Человек с увечьем не может стать правителем.
Увечье нанесла мать, в очередном приступе гнева от своей роли наложницы, от своей завистливой злости на императрицу.
Пускай шрам и был достаточно тонок, но Ши Донг был вынужден носить маску на людях, зачесывать длинную челку влево, а ещё был отослан в эту нелепую провинцию принцем-заложником, гарантом мирных времен.

Характер принца ожесточился, мать ни разу не навещала его в этой глуши, не писала и ничего не хотела знать о том, как ему здесь живётся.
Жилось несладко.
Наместник сковал из него наемника, цепного пса, который наводит жуть на всю округу и то и дело принимает участие в кровавых стычках с соседями.
Наместник был родным братом его матери и имел свой небольшой клан, но и он выказывал племяннику лишь строгое пренебрежение.

Несложно догадаться какой нрав был у Ши Донга, если на него не смели смотреть напрямую, о нём говорили шёпотом и дали прозвище «Волк» за спиной. Он был карающий меч Ши Делуна и ему было плевать на дворец и десяток братьев, которые могли носить шелка и фамилию Ван.
Ему было плевать, до тех пор, пока несколько месяцев назад, в окрестных лесах к нему навстречу не вышел цилинь.
Ши Донг был один, проверяя силки на зайцев, поэтому, сомневаться в том кому явился благородный зверь не приходилось.
В тот момент он и отмереть не успел, а стук копыт уже унёс ослепительно белое пятно в чащу.
После Ши Донг мучился ночами и несколько раз крушил свою скромную комнату, в бессильной ярости вспоминая рассказы матери — цилинь появляется очень редко и показывается только поистине великим людям,  достойным людям, им на роду написано возвыситься.
Великим? Возвыситься? На роду, значит, написано?

Быть пешкой в чужих руках, вот что написано ему на роду.
Сегодня принц начал своё ранее утро с того, что отправился наводить ужас на нескольких рыночных продавцов. Он стремительно шёл через рынок, все разбегались в стороны, а плащ развевался за спиной. До тех пор, пока чья-то фигура, врезавшись прямо в него, не рассыпала вниз монеты и какие-то безделицы.
— Ослеп ты, что ли?! — рявкнул Ши Донг, запальчиво хватаясь за рукоять меча. — Не видишь куда идешь, так может, без глаз тебе будет лучше?

пост с любой ролевой, но обязательно ваш

Жизнь порой очень хорошо удивляет нас с вами. То дарит подарки, то ставит приличную подножку. А иногда так все закрутит, что ты и понятия не имеешь, как с этим дальше жить.
Тоже самое было и с Чеширом. Ли Ран (ох, как он скучает по своему настоящему имени) сейчас сидел за своим ноутом и прикидывал, что дальше ему делать. Информация, которую ему удалось перехватить, была довольно серьезной. С одной стороны, больше похоже на правду. Но с другой… А если это своего рода прямая подстава? Некий виртуоз, с помощью которого можно наворотить немало своих хитрых и гадких делишек. Проще говоря для того, чтобы устранить или вмешаться – все средства хороши. Но одно он знал точно – нельзя все оставлять, как есть. Бездействие хуже всего. По крайней мере, так думал парень. И единственный шаг, что казался ему вполне логичным – все сообщить нужным людям. Он посмотрел на часы, скоро полдень. А значит, надо действовать.

Но стоило ему лишь взять телефон в свои руки, чтобы набрать номер Дао, как тот внезапно собственной персоной оказался в просторах его номера. Конечно же, не было смысла спрашивать, как он сюда вошел – ключ карта от всех номеров; более того, он тут хозяин как б. Но удивительно, почему Чешиа не услышал его стука в дверь. -О, ты стучал? Прости, я несколько заработался и не обратил внимания. Усмехнувшись своим же словам, парень подошел к окну и открыл его, тут же впуская внутрь поток свежего и прохладного воздуха. -Ну-с, дела не особо прям таки хороши, но я пока не вижу смысла наводить панику и что-то срочно бежать, делать и решать. Он крайне успокаивающе улыбнулся, смотря на него. Ран прекрасно понимал его, ведь ни для кого не секрет, что такую нишу надо мониторить чуть ли не каждую минуту. Отжать и присвоить что-то себе, убить или неплохо подставить могут всегда и везде. И порой даже понятия не имеешь, откуда такое может прилететь.

-Все, верно, друг мой. Девочек пока никто не трогает, можно спать спокойно. Если что-то случится, я тут же сообщу. Не могу пока твердо заявлять о том, что горизонт кристально прозрачен, - чуть хмыкнул, - есть некие помехи и мелькания лишних, но ничего серьезного. Немного нахмурив брови, продолжил. -В наши дни все меняется довольно быстро, пойми меня правильно. В этой ситуации лучше сидеть спокойно и не особо выделяться, я имею ввиду, не показывать себя со всех сторон. Он подошел к окну. -Немало новеньких прибыло. Все хотят хорошо заработать…. И надо быть крайне осторожным тут. Чешиа медленно, но уверенно повернулся снова к Дао и снова немного улыбнулся. -Проще говоря, все как обычно.

-А вот проветриться явно не мешало бы. Он рассмеялся. -Ну, я прекрасно доверяю твоему в чудесном алкоголе. Я всегда за, ты ж меня знаешь. Он чуть подмигнул и снова вернулся к своему почти что спокойно-умиротворённому состоянию, при этом запустив руки в карман штанов. -Кстати, насчет визита к Гвидо. Парень несколько помедлил, но все же решился продолжить. -Я как раз собирался к тебе зайти или даже позвонить. Дело в том, что он мне и сам крайне необходим. Заметив чуть вопросительный взгляд своего друга, Чешиа состроил моську кота, ему оставалось только мяукнуть для пущей правдоподобности. -Давно с ним не виделся. Скучаю по этому старику! К тому же, твое прекрасное вино как нельзя лучше будет смотреться в бокалах его дома. Не так ли?

Чешир знал, что Дао его поймет безо всяких там проблем и лишних вопросов. Просто говорить здесь о том, что он только что узнал, крайне глупо. Надо полагать, что дом у Гвидо куда более подходящее место для личных переговоров.

Дорога к дому Гвидо прошла без всяких проблем и ненужных пробок. У ворот их встретили, почти что быстро пропустили и позволили оказаться на территории. Что ж, а вот и сам хозяин этого дома! По-дружески обнявшись, мужчины зашли внутрь дома. -Тут красиво. Спокойно улыбнулся парень, осматривая помещение и прочее убранство. Определенно, у этого старика был хороший вкус. Достойный, можно сказать.
Убедившись в том, что тут больше никого нет, Чешиа подошел к Гвидо и протянул ему свой смартфон, на который как раз и поступило то самое сообщение о грядущей облаве на некий склад Гвидо. -Я прекрасно понимаю, что вы, господин Гвидо, сегодня не ждали гостей, но у Дао чисто случайно завалялась парочка чудесных экземпляров, и было бы неплохо разделить их с вами вместе. Как вы считаете?

великая аматэрасу, даруй мне своё благословение и сгладь трудности на моём пути.

у тебя нет сил смотреть на однотипную тусклую зелень за окном. безжалостное калифорнийское солнце выжгло слабую растительность, оставив лишь тёмные сочные листья адаптировавшихся видов. им был приятен солнечный свет, ты же пряталась от него за плотной шторой, щурясь от бьющей с улицы яркости.

утро выдалось нервным, отчего меж пальцев в такую рань уже была зажата дымящаяся сигарета. отец морщил нос и сдвигал брови к переносице недовольно, когда ты делала очередную затяжку, однако молчал, зная твой характер и возможную реакцию на замечание. он водил пальцами по подлокотникам нервно, сверля грустным взглядом заключённую в дерево и стекло рамки фотографию, с которой ему улыбалась «счастливая» семья.

такой вы были когда-то. только вот когда? вспомнить не удаётся, лишь обрывки воспоминаний тревожат воспалённый после резкого ночного пробуждения разум. они заставляют просыпаться с чувством тянущей в груди пустоты, сжимать простыни в попытке удержать призрачное счастье, которое могло стать лекарством от этой вездесущей тоски.

лик твой мрачен, душа чернее беззвёздной ночи, когда спутник — один лишь лик равнодушной луны. бледна и безразлична ко всему, что не касается самой главной страсти твоей — японии. и слишком уж [как-то по-японски] цепляешься за ценность семьи. возможно, именно поэтому так и не сумела сбросить с шеи повисший на ней титановый якорь в виде отца-инвалида.

в его взгляде читается сочувствие и глубокая чернильная тоска. он сочувствует тебе, что стала привязана к нему путами стальными, оборвать которые внезапно проснувшаяся совесть не позволяет. тоскует же по утраченному времени и упущенным возможностям. ведь твой отец больше никогда не сможет встать на ноги и самостоятельно сделать несколько [пусть даже неуверенных] шагов.

отпускаешь полотно шторы, край которой держала меж пальцев, и, ступая босыми ногами по прохладному полу, бредёшь на кухню, чтобы сообразить какой-никакой завтрак на двоих.

-

пост с любой ролевой, но обязательно ваш