Дядя позволил Винафрид договорить, и уж только потом девушка вновь оказалась за спиной у сира Вендала, который теперь представил и ее саму капитану Грейджою.

Ситуация не из приятных. С одной стороны, их спасли, с другой, они по-прежнему оказывались в роли пленников.

– Не думай только обо мне, прошу! – шепнула племянница в спину дяде, так слова услышит только он.

Дом Мандерли умеет платить по долгам. Да, умеет, и дядя прав, перед Железнорожденными они оказались в долгу. Вот только какую плату от Мандерди затребуют? Не станет ли она чрезмерной? Этого юная леди не желала. Связывать по рукам и ногам лорда-дедушку, отца или дядю за спасение собственной жизни и чести? Нет уж, увольте!

На вопрос леди Вин лицо капитана Виктариона поморщилось. Злится Грейджой или нет, понять девушка не могла, как ни пыталась. А с ответом капитан медлил, рассматривая пленников из числа команды Русалочьего Хвоста и тех, кого выловили в морских водах.

Одного из них Винафрид узнала сразу, хоть и видела несколько мгновений. И содрогнулась. От того, что пришлось пережить несколькими минутами ранее, от вида мокрого капитана-пирата, ото всего, что происходило теперь. Хотелось спрятаться, убежать, оказаться дома, в Белой Гавани. Но приходилось терпеть и смотреть. И ждать…

Северянам не просто приходится на Юге, а Мандерли Юг когда-то изгнал, забыл, обрек на скитание и смерть, коли не приютили бы их в своих землях Старки. Не зря северных лордов обеспокоил отъезд лорда Эддарда в столицу.

Виктарион Грейджой обещает подлатать корабль и дать людей. Мандерли смогут войти Королевскую Гавань. Винафрид верит словам Железнорожденного, в ее душе нет ни капли сомнения. Только от того становится еще больше не по себе.

Безусловно, и дядя, и сама юная леди подтвердят королю и кому угодно, как с ними поступили пираты и что для них сделали Грейджой со своей командой. Лорду-капитану это зачем-то нужно и, похоже, важно.

Отдать один палец за право жить. Девушка сдерживает себя, не позволяя даже поморщиться от ужаса происходящего. Чего морщиться, если пираты не так давно собирались продать Вин саму в рабство, и неизвестно, что сделали бы с ней в море. Вернее, известно.

Отрубленные пальцы на палубе, хлестающая из ран кровь… нет, это зрелище выше ее сил. Только ведь никто спрашивать не станет. Пять пальцев у пиратского капитана… Жестоко. Железнорожденный не знает жалости. Но и пират заслужил свою участь ведь.

Винафрид Мандерли поправила выбившуюся прядку, которой уже принялся играть ветер. Прическу растрепали еще в тот момент, когда выволакивали за волосы из ненадежного укрытия, теперь девушка лишь наспех попыталась создать какое-то подобие порядка на голове. Отвести взор хоть на мгновение. Короткая передышка. Хуже всего придется дяде Вендалу. Ему, конечно же, не впервой расправляться и убивать. Но не на глазах у племянницы и не по приказу Железнорожденного.

Младший сын лорда Белой Гавани должен будет сделать то, чего требует Грейджой. А внучка лорда Белой Гавани должна будет смотреть и не отводить взора.

Винафрид поймала взгляд сира Вендала и едва заметно кивнула.