из био: У каждого есть причины выживать. Будь это чувства, жажда или самое обычное упрямство. У кого-то есть смысл, большие планы на жизнь. Во всяком случае у каждого свои причины. Хуже когда твой отец армейский тип в отставке, который даже дома так предан своей стране, что превращает все вокруг в армейский устав. Билл Скотт. С доблестями и грамотами. С уютным домом в небольшом городке. И во дворе огромный флаг США. Его супруга - милая блондинка Мэри-Элисон. Да двое сыновей.
В тринадцать лет благодаря моим нападениям школьная команда по американскому футболу получила кубок. Моя фотка блистала на стенде в главном коридоре. А уже через год мой младший брат потянул вниз семью. Отец вернулся домой на несколько месяцев. У Хью нашли рак. Я помню, как рыдала мать. А отец. Он стоял в форме возле окна и курил. Тогда он обернулся ко мне, сжал крепко плечо и сказал, что настоящий морской котик никогда не падает духом. Я не хотел в армию. Хотел заниматься спортом. И если спросят меня, зачем я набил морду талисману команды противников, я отвечу, чтоб старик мой разозлился. И он действительно разозлился. Это случилось уже в Сиэтле, куда мы переехали из-за лечения Хью. Я пропадал как можно дальше от дома, лишь бы не видеть всего этого показного дерьма, когда все кому не лень приходили в дом, приносили еду. Начиная от сослуживцев Билла и заканчивая священниками. Как по мне, так от них всех было толку мало. Хоть протестанты, хоть баптисты. Один хрен и они сдохнут когда-то. Смысл остался тот же.
Мы видели, как он умирал. Медленно. Несколько лет. И это было самое страшное. Наверное, хуже, чем бомбардировка Израиля или Саудовской Аравии. Мои предки вложили в лечение Хью практически все деньги. Но и этого оказалось мало. Рак сожрал младшего брата, а наркота и алкоголь отца. Он не хотел смириться. А мы с матерью ничего не исправили. Билл не мог принять поражения в доме. Ни у кого из нас не оказалось шанса на спасение. И никто не знал, как это правильно делать.
Мы срались на каждом углу. Несколько раз он дал затрещину матери, находясь под кайфом. Потом его забрали. Свои же. И отправили в военный центр на лечение. Несмотря на весь свой блядский характер Билл заслужил уважение всех. Но не мое. Его не было дома, он не знал, чем жили его дети, и ни разу не был на моей игре; не знал, что Хью смастерил новый аппарат или получил А++ по физике.
Я поступил в военную академию только из-за Билла. Мое имя было в списках. Тем самых, которые одабривает высшее руководство. Один из ста, чей отец заслужил почести и уважение страны. И хоть он сам был далеко, мне казалось, что это и есть мой Большой Брат. Всевидящее око от которого чешутся костяшки и желание разбить все к херам собачьим.
Следующей остановкой была служба. Для штатов мы все герои. Нас встречают и машут. В пизду все это. Я подсел на транквилизаторы, потому что ничего не чувствовал. Точно так же, как и Билл упустил что-то очень важное в жизни. Вот только я не был хорош в военном деле, как он. Возможно, именно по этому при нашей последней встрече он даже не захотел говорить. Фыркнул лишь, что я говнюк, а не котик.
Позже я походил на машину, спущенную с американского конвейера, чьей задачей было участвовать в диверсиях. А на войне нет атеистов. Нет хороших или плохих. Все куски говна. Вопрос лишь, на чьей ты стороне? А я не был ни на чьей. И на моей стороне не оказалось, в последствии, никого.
Меня отстранили ровно через пять лет после начала службы. Я стал бесполезным куском мяса, который не может устроиться никуда. И я не виделся с матерью, не был на похоронах отца. А позже и на ее тоже не пришел. Есть что-то тленное в концовке, когда национальные герои или исчезают, чаще гниют на пенсии. В тридцать лет я стал стариком со ржавеющей душой в потасканном, как шлюха, теле.
Мы познакомились несколько лет назад в пригороде Сиэтла. У нее была такая же потрепанная душа. Она переживала свой тяжелый период, а я ставил крестики и отметины за каждый день проведенный без транков и алкоголя. Я наливал виски в стакан и смотрел, как зарождался лихорадочный блеск в ее глазах. Мы сошлись на перекрестке дорог в дурной период. Под шумные вопли пьяниц и пройдох, во времена, когда это было нужно нам двоим. От моей кровати, от всех мотелей и по съемным квартирам. Ева. Ева Моран. Мой персональный транк, в попытке не чувствовать ничего больше. А ложь, как известно, не спрашивает никого. В последствии выставляет огромный счет.
Я хотел ей сделать предложение, но не мирился с окружением, ее работой. Я завидовал ей, но лишь отчасти. А потом сорвался. Как на задании в чужой стране. Так было нужно.
Больше года я искал ее след. Она исчезла в ту же ночь.
Тридцать звонков за год. С разных городов и телефонных будок. Тридцать отметин в ежедневнике. Кратковременные места работы. Через Салем и Портленд, крюком от долины смерти обратно в Сиэтл. И так по кругу, до самого Сакраменто. Потрепанная машина Билла и одна дорожная сумка. Ничего лишнего. Ведь если ты находишь свое, то ни в коем случае не стоит это отпускать ...
характер: ● ПТСР + последствия после гематом головы; военные проф. травмы; остаточный эффект в виде бессонницы, периодических мигреней, нечувствительность к физической применяемой боли;
● два года в завязке, с учетом последнего места работы выдержка (в отказе от алкоголя) сотого уровня, больше года сидел на транквилизаторах во время службы (по мнению многих основная причина вспыльчивости и вспышек агрессии, и отстранения от армии);
● сангвиник - холерик; в старшей школе был популярным парнем, ровно до того, как у младшего брата диагностировали рак, и семья не переехала в Сиэтл.
● рост 183
● на теле несколько татуировок: левая рука (KCO и Seal Team), на среднем пальце правой руки цифра 3 - соответственно полк и отряд "тюленей";
● до службы обладал довольно эксцентричным характером, после матча сломал нос талисману команды противников из-за подружки; правда, она все равно пошла на школьный бал с другим; но некая доверчивость к женскому полу присутствует и сейчас; Джейк словно балансирует на канате между фанатичной преданностью собаки к одной женщине и вспыльчивым отрицанием, с толикой повышенного контроля над женщиной;
● не верит в бога, впрочем в людей тоже; принимал участие в нескольких диверсионных операциях: одна в тихом океане и на востоке (активная поддержка интервенции Саудовской Аравии и её союзников в Йемене);
● курит много и часто, любит насвистывать во время работы; во время вспышек агресии обычно глубоко и медленно дышит, считает в уме до двадцати, потом срывается или нет;
● поднимал руку на женщину несколько раз (в ходе военной операции), в последствии на Еву. После несколько лет не обременял себя серьезными отношениями и боролся со вспышками злости и в больной привязанности к Моран.
2025 sept. NY // LA
— мне нужно вернуться в сакраменто.
мама китти смотрит на джейка и улыбается. моргает. закуривает свою приторную сигарилу. проводит пальцами по его небритому лицу и тихо говорит:
— ты всегда был не практичным романтиком, милый.
— эй. я все-таки вас слышу. может снимите уже мешок с головы. мы же не в дерьмовом фильме квентина тарантино.
— джонни бой, сними уже с него мешок. а то и правда не красиво получилось.
— не красиво? это блядь пиздец.
— слышь, жан! этого парня тоже проститутка сдала.
джейк подпирает голову и думает, как быстро их всех грохнут. мама китти смотрит в сторону:
— малыш, ты что британец?
— я - шотландец.
— да какая в пизду разница, давайте его грохнем.
— джонни бой!
— да что я? ладно бы он рыл под пидиди. еще и бриташка.
— шотладнец.
— ой да насрать.
— и меня сдала не проститутка. у нее просто проблемы, — и с парня стаскивают мешок, он выдыхает чуть громче, — у нее просто проблема с миграционной картой.
— вот как? бразилия, куба? откуда?
— мексика, — он щурится и сплевывает кровь на пол.
мама китти ведет удивленно бровью:
— отлично. еще один не практичный романтик в моей команде. и угораздило же тебя залезть в политику ...
— как и нас всех, мам.
( джейк не рад.
в последнее время чаще, чем обычно.
и все это ему пиздец как не нравится ... )
где-то через месяц он все же рискует. впрочем, они все только и делают, что бегут по лезвию ножа.
и на прощание мама китти целует его в губы.
— ты знаешь. из политики, как и из мафии не выходят просто так. здесь нельзя просто взять и уволиться.
— но я попробую.
— ты всегда был анархистом. дядя сэм таких не любит.
— а я не люблю дядю сэма.
она улыбается. с кошачьей грацией, апломбом львицы и характером кобры.
— ты знаешь, где нас искать. что-то я еще могу. если понадобиться сбежать из штатов, — она разворачивается и идет к машине где-то на границе ла; оборачивается к джейку и кивает, — тебе и еве.
and I say, "hello Satan, I
I believe it is time to go"
me and the devil walkin' side by side
2003 ● смерть брата
2007 ● 2011 обучение в военной академии из-за подвигов отца
2011 ● 2015 служба
2016 ● 2018 восстановление. птср
2018 ● 2020 шарился и остался в баре в Сиэтле
2020 ● 2021 отношения с Моран
2021 ● 2022 поиск Евы
2022 ● бар "у Мерси" (в последствии пожар уничтожил бар); начало истории с "белым дьяволом в черном платье"
2022, 2023 - 2024 ● мама китти, нй и околоправительственная игра
2025 ● после выборов и прихода к власти трампа, некоторые демократы (включая маму китти) были вынуждены уйти в подполье. переезд в калифорнию. джейк умывает руки.
! ( побег после выборов был неизбежным; некоторые демократы вроде мамы Китти залегли на дно; ужесточение миграционной политики + восстания во многих городах против репрессий и расстрелов мирного населения не согласного с новым правительством + гонение на свободную журналистику; таким образом и прибился Блэр Монро - независимый и скандальный журналист; свои финансы мама Китти вложила в строительство отеля в ЛА, позже планировалось расширить свое влияние в Сан-Франциско и Сакраменто (отельный бизнес); отношение к криминальному миру осталось на лезвии взаимного понимания; мама Китти торгует информацией, а не оружием или предоставлением услуг киллеров и чистильщиков - официально руки чисты )
Mother Kitty * Catherine Marcia Hill ● "оплот демократии" в вопросах миграционной политики до 2024-го года, меценат, владеет отелем в ЛА "Paradise Hill";
Kinky J * Jean Jérome Durand ● хакер;
JC * Jason Dale Carter ● киллер;
Johnny Boy * Johnny Day ● телохранитель мамы китти, чистильщик;
Dark Blair * Blair Fergus Monroe ● скандальный журналист. |
